Рубрики


« Буддизм, маздеизм и христианство в Мерве | Главная | Мавзолей султана Санджара в Султан-Кале »

Султан-Кала - старый (сельджукский) Мерв

К северу от мавзолеев и сардобы лежит Старый (сельджукский) Мерв — большой средневековый город Султан-Кала. Сохранились его стены в виде квадрата, каждая сторона которого тянется на два километра. Здесь, в середине Султан-Калы, властвует над погребенным городом уцелевший мавзолей султана Санджара, одного из Великих Сельджуков.

Это самый величественный мавзолей Хорасана. Он создан замечательным туркменским зодчим Мухаммедом сыном Атсыза, родом из Серахса, еще при жизни султана, в середине XII века и представляет собой безусловно один из шедевров мировой архитектуры, хотя затерялся он ныне в стороне от шумных и суетливых трасс большого туризма и о нем пишут и знают куда меньше, чем о более поздних (XV—XVI вв.) знаменитых своим великолепным декором мавзолеях Самарканда и Бухары.

Мы знаем, что это самый большой мавзолей во всей Средней Азии, а его пропорции, которые мы сейчас оцениваем, глядя в бинокль со стены Абдуллахан-Калы, сразу запоминаются простотой и неоспоримой гармонией. Издалека кажется, что грузный и величественный куб мавзолея под чашеобразным куполом словно плывет на волнах земли и времени и будто бы даже едва покачивается в горячем мареве, дрожащем над нагретой равниной.

К западу от него, километрах в двух с половиной, на небольшом возвышении среди купы деревьев и кустарников, почти совершенно скрытый ими, дремлет другой известный мавзолей Мухаммеда-Сейид ибн-Зейда, построенный в 1112—1113 годах в Рабаде — пригороде Султан-Калы. Побывать здесь надо непременно. Дорога среди полей ведет к нему прямо от Байрам-Али. Но возможен и другой путь: сначала от Байрам-Али к северо-востоку, мимо действующей сардобы и мемориального ансамбля святых могил Бурейды и Гифари, на север, к Султан-Кале, и уже затем, посетив хорошо сохранившуюся уединенную загородную мечеть Ходжа-Юсуф XVI века, направиться на запад, к мавзолею Мухаммеда ибн-Зейда и окружающим его небольшим глинобитным постройкам, видимо, более позднего времени, вроде бедных ханак— странноприимных помещений для паломников и дервишей.

Именно этот маршрут мы и решили избрать, хотя при этом нам предстоит, удаляясь от современного Байрам-Али в северном направлении, перемещаться в смутно ощущаемую глубь времен. Ведь за памятниками XV и XVI веков последуют мавзолеи и городище XII века: сельджукский Мерв — столица Хорасана, Мерв Шахуджахан, то есть «обитель царей», как его называли в ту пору, а уже далее городище Гяур-Кала — Мерв античный, называвшийся в свое время Антиохией Маргианской (III—I вв. до н. э.), и его еще более ранние предшественники: Эрк-Кала и Яз-депе (IX—VI вв. до н. э.), представляющие первые шаги городской цивилизации в этой издревле обжитой людьми цветущей и прославленной местности — Маргиане.

В IX веке Мерв попадает под власть бухарской династии Саманидов, однако уже в 1040 году в Хорасане воцаряются Сельджуки, выходцы из тюркской кочевой среды. Они быстро расширяют пределы своей страны, захватив в 1054 году Багдад и лишив при этом халифа светской власти. Великие Сельджуки Али-Арслан и его сын Мелик-шах присоединяют Сирию и Малую Азию и ставят в зависимость Мавераннархр (область нынешнего Самарканда).

Одновременно с военными делами они заботились о развитии ремесел, архитектуры, торговли, науки и культуры, что служило целям укрепления и возвеличивания их династии.

Старый Мерв — Шахуджахан был столицей огромной сельджукской державы. Обширный и культурный город процветал на грани первого и второго тысячелетий нашей эры, вел широкую торговлю, славился искусством своих многочисленных ремесленников, ткачей, металлистов, гончаров, и был широко известен как выдающийся центр культуры и науки, о чем легко можно судить уже по тому, что одна из библиотек Старого Мерва в XII веке, по свидетельству известного географа Якута ибн-Хамови, жившего и работавшего в Мерве, насчитывала 120 тысяч томов. А всего в Мерве было десять библиотек (на базарах в те годы можно было приобрести рукописи у специальных продавцов книг — средневековых букинистов).

Другим зримым показателем развития наук в Старом Мерве была астрономическая обсерватория. Известно, что знаменитый ученый и поэт восточного средневековья Омар Хайям (его фамилия в переводе означает: «мастер, изготовляющий палатки») некоторое время жил в Мерве и проводил свои наблюдения звездного неба в мервской обсерватории.
Омар Хайям (1040—1112), уроженец Нишапура в Восточном Иране, был гениальным математиком, физиком и астрономом.
Разработанный им календарь был точнее ныне применяемого на семь секунд, к пониманию ряда решенных им математических задач европейские ученые пришли лишь спустя несколько веков.

Омара Хайяма волновала идея круговорота веществ в природе. Она проникла во многие его теперь всемирно известные стихи— «рубайи» — четверостишия. Вот одно из них:
«Я однажды кувшин говорящий купил. «Был я шахом! — кувшин безутешно вопил — Стал я прахом. Гончар меня вызвал из праха, Сделал бывшего шаха утехой кутил».

О воззрениях «вольнодумца» Омара Хайяма существуют среди специалистов самые противоречивые мнения. Однако неоспоримо, что этот оригинальный ученый и мыслитель и столь же самобытный поэт, не похожий ни на одного из знаменитых поэтов Среднего Востока, достигал высокого художественного эффекта не подробными красочными описаниями и обилием пышных сравнений, а лаконичным вскрытием сути явлений через человеческое восприятие и чувства, обнажая их контрастность и противоречивость. Он наделял человека правом на свободу и радость, хотя его творчеству присуща пессимистическая тональность. В этом отношении характерны многие рубайи:
«Мы источник веселья и скорби рудник. Мы вместилища скверны — и чистый родник. Человек, словно в зеркале мир — многолик: Он ничтожен — и он же безмерно велик!»

«Вместо солнца весь мир озарить — не могу, В тайну сущего дверь отворить — не могу. В море мыслей нашел я жемчужину смысла, Но от страха ее просверлить не могу».

Особого расцвета и блеска достиг Старый Мерв в пору долгого, почти сорокалетнего царствования (1118—1157) последнего из Великих Сельджуков, султана Санджара. Среди окружения султана были талантливые поэты Али Аухададеин Энвери, Амид Камали, Муиззи, поэтесса Махисти.

Очень широко велась торговля. Продолжал пульсировать древний «великий шелковый путь», идущий из Китая через Мерв и районы бывшей Парфиены вплоть до Средиземноморья. Этот путь существовал еще во времена античности. Торговые караваны уходили на юг, через Серахс и Нишапур (восточный Иран) в Индию. А на севере торговля шла с Хорезмом, с кочевыми племенами, и купцы достигали даже Волги. Один из древних караванных путей пересекал суровый и пустынный Устюрит.

На главных торговых магистралях строились караван-сараи — помещения для остановки и отдыха караванов. Так, среди пустыни на пути из Мерва в Хорезм был построен караван-сарай Оде-Мергень. Иногда караван-сараи представляли собой настоящие укрепления с обширным двором за высокой стеной, с айванами и жилыми помещениями. К их строительству в XI—XII веках привлекаются крупные зодчие, и тогда вдали от городского центра возникали архитектурные произведения, как, например, караван-сарай Дая-Хатын, построенный, видимо, по распоряжению султана Санджара в первой половине XII века и довольно хорошо сохранившийся поныне.
Торговые постройки, напоминающие караван-сараи и крупные рыночные здания — тымы и чарсу, располагались и в самом Мерве. Дома в городе были квадратные, часто двухэтажные, под куполом над высоким центральным крестообразным помещением — михманханой — внутри дома, из которого входы вели в угловые комнаты обоих этажей. Основной вход, в отличие от загородных замков — кешков — предшествующего времени (VII—IX вв.), располагался не во втором этаже, а в первом. Иногда входов под арками, ведущих прямо в михманхану, было четыре, то есть с каждой стороны дома. Но это лишь реконструкция — ни таких домов, ни караван-сараев, ни мастерских многочисленных ремесленников не увидят в наши дни на городище средневекового Мерва не посвященные в археологию посетители.

Рубрики: Туркмения, Мерв |